Понедельник, 26.06.2017, 20:24
Приветствую Вас Гость | RSS

110 ВОЕННО-ТРАНСПОРТНЫЙ АВИАЦИОННЫЙ ПОЛК

Положение церкви при новгородских военных поселениях

Учитывая, что создание военных поселений было личной инициативой самого императора Александра I, а в последующие годы, по словам А. А. Аракчеева "его любимым детищем" (Великий князь Николай Михайлович назвал это более изысканно - идеей фикс - О. М.), нельзя не согласиться с тонким наблюдением историка Н. К. Шильдера, что Аракчеев "в этой царственной фантазии усмотрел верное средство еще более укрепить свое собственное положение и обеспечить в будущем преобладающее влияние на государственные дела". Так что историков сегодня уже не удивляют ни мощное финансирование, ни как следствие, темпы строительства в округах военных поселений. К тому же, вопреки расхожему представлению в отечественной историографии, никакого весьма значимого противодействия создаваемая система не получила. Как только Аракчеев приступил к исполнению государевой воли, едва появились первые военные поселения, в дворянском обществе наряду с голосами протеста против них раздались многочисленные возгласы одобрения. И эти последние Александру и Аракчееву были намного слышнее первых. Именно поэтому, буквально с первых дней существования поселенной системы в Высоцкой волости Новгородской губернии, она получила до такой степени обособляющее значение, что далее духовенство не смогло избежать военного надзора. В фонде 581 (Грузинской вотчины) Государственного архива Новгородской области (ГАНО) сохранились весьма интересные документы, несколько проясняющие вопрос, который практически не исследовался историками. Речь идет о положении церкви в системе военных поселений. Стремясь заручиться поддержкой духовенства, Алексей Андреевич ведет активную переписку с высокопоставленными местными священнослужителями. Первоначально с митрополитом Новгородским и Санкт-Петербургским Михаилом, а после его смерти с преемником на этом посту отцом Серафимом. В одном из писем Аракчеев просит отца Серафима рассмотреть положение о церквях и священниках, находившихся в округах военных поселений. В письме содержится просьба, чтобы митрополит, прочитав, дал ему свои замечания. Отец Серафим с большой ответственностью подошел к порученному ему делу. Внимательнейшим образом ознакомившись с положениями, он нашел их "во всех отношениях основательными". Замечаний, по-видимому, у отца Серафима не нашлось. Когда все необходимые формальности были соблюдены, можно было приступать к делу. Положения о церквах и священниках, находившихся в округах военных поселений, были приняты в том виде, в каком были первоначально представлены еще отцу Михаилу и в последующем одобрены отцом Серафимом. По существу данное положение охватывает все стороны жизни церкви в военных поселениях пехоты Новгородской губернии. И, прежде всего, определяет существование двух видов церквей. Первые - это церкви непременные, постоянно находящиеся на территории округа, вторые - церкви походные, которые должны были сопровождать полк во время военных кампаний. Здесь следует сделать оговорку, что уже с конца XVIII века полковой священник воспринимался как полноправный член войскового братства. Пастырь - воин он шел в бой наравне со всеми и наравне со всеми был достоин воинской чести. Естественно, что наравне со всеми полковой священник нес и все тяготы воинской службы, особенно во время походов. Все стороны жизни священников в военных поселениях подробно оговаривались. Прежде всего, это касалось жалованья, выделяемого провианта, прислуги, дома, отопления, размеров земельных наделов для огородов, сенокосов и выгонов. Так, например, по этому положению священнослужителям поселенного полка полагалось иметь особые дома, отличные от домов-связей военных поселян хозяев. Строились они за счет общей суммы, которая предназначалась для устройства военных поселений в целом. При домах отводились земли для огородов, как священникам, так и их помощникам. В случае движения действующих батальонов поселенного полка, один из младших священников, который назначался полковым начальником, отправлялся в поход. Каждому из священников передавался один кантонист из неспособных к строевой службе, чтобы священник постепенно приготовил его к обязанностям церковнослужителя. Старший священник являлся членом полкового управления и нес ответственность за моральное состояние наравне с другими членами управления. Он обязан был присутствовать на всех заседаниях комитета, вникать во все подробности дел и распоряжений, участвовать в принятии важнейших решений, хотя принцип единоначалия в армии вступал в известное противоречие с этими обязанностями. Старший священник так же нес ответственность за обучение военных кантонистов Закону Божьему. Как и положено, в армии все было четко регламентировано. Например, когда и в какой роте проводить занятия или осмотр, в какое время, день и т. д. Помимо всего прочего, старший священник являлся статистом, (что было вполне естественно - О. М.). В положении четко прописывалось, что на нем лежит обязанность вести книги родившихся, сочетавшихся браком и умерших (крещение, венчание и отпевание). Кроме кантонистов старшему священнику подчинялись младшие (согласно положению их было двое). Они никуда не могли отлучаться из округов военного поселения, не спросив разрешения, старшего священника, который имел права "увольнять" их не более как на трое суток (обоих одновременно в увольнение отпускать было строжайше запрещено). Положение также определяло стоимость церковных услуг (крещение - 50 коп., венчание - 1 руб., погребение - 1 руб., за хождение по домам с крестом "Святой водою в Рождество Господне" - 10 коп. и т. д.). Командиром поселенного полка из числа унтер-офицеров избирался староста церквей округа военных поселений. Он утверждался комендантом полкового управления и выполнял функции по собиранию церковных доходов. Староста определялся всегда на три года, а по истечении каждого срока выбор его возобновлялся. Основным требованием к старосте было ведение трезвого образа жизни и "благочестивого" поведения (что под этим подразумевалось не расшифровывалось - О. М.). Староста состоял под наблюдением полковых священников вообще и особенно Старшего и Благочинного церквей военного поселения, который и являлся главой церквей в военных поселениях пехоты Новгородской губернии. Церковь безоговорочно приняла систему военных поселений, несмотря на жесткие рамки, в которых, в конце концов, сама же и оказалась. Но, несмотря на правила и предписания, источники свидетельствуют о значительном отчуждении поселян от духовенства. Трагические события лета 1831 года ярко показывают двойственное положение служителей церкви в народной среде. В военных поселениях священников воспринимали, как особую разновидность чиновников военного ведомства, что и понятно, ведь они являлись полноправными членами полковых комитетов.
 
Вопросы истории Новгородчины ХIX-XX вв Материалы научной конференции историков архивистов апрель 2001 год
 
 
 
Меню сайта
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 454
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Июнь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930
Архив записей

Друзья сайта
  • ВВВАУШ
  • 339 ВТАП
  • БВВАУЛ 70
  • Я помню
  • ВВС России
  • Сообщество uCoz
  • Лучшие сайты Рунета
  • Copyright MyCorp © 2017